номер 7, страница 96 - гдз по всемирной истории 11 класс учебник Кошелев, Кошелева

7. Напишите эссе на одну из представленных тем: «История ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков»; «Объективная история: миф или реальность»; «Vae Victis»; «Последние российские императоры: реформаторы и контрреформаторы»; «Европейский колониализм XIX в.».

7.Напишите эссе на одну из представленных тем: «История ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков»; «Объективная история: миф или реальность»; «Уау Уйсбэ»,- «Последние российские императоры: реформаторы и контрреформаторы»; «Европейский колониализм XIX в.».

Последние российские императоры: реформаторы и контрреформаторы

Пожалуй, последним императором, который пытался проводить в Российской империи либеральные реформы, был Александр I со своим негласным комитетом. Однако, даже он не решился реализовать проект, предложенный Сперанским. После наполеоновских войн в империи ещё больше усилились, наоборот, консервативные настроения. Либерализм, идеи эпохи просвещения тогда ассоциировались с антицерковной политикой, тогда ещё не научились совмещать общественную свободу и личную веру. А спасение России от Наполеона, от лучшего полководца своего временем с войском, собранным со всей Европы тогда считали исключительно господним чудом. Поэтому все громче звучали голоса о следовании религиозным писаниям, а значит консервативному политическому курсу. Во второй половине царствования были робкие попытки реформ, но на окраинах, прежде всего, это создание царства Польского и отмена крепостного права в Прибалтике.

Николай I был уже полным консерватором. Это не значит, что реформ он не проводил совсем, достаточно вспомнить, например, реформы Киселёва. Но менять страну в целом он не хотел, потому что искренне не понимал, зачем это надо. Узнав о вступлении европейской коалиции, прежде всего императора Наполеона III в Крымскую войну, Николай I сказал свое знаменитое “Россия в 1854 году такая же, какой она была в 1814”. Он даже не понимал, что это и есть залог будущего поражения его страны и краха всего его курса. Россия, действительно, мало изменилась с наполеоновских войн, в то время как Франция, тем более Великобритания, ушли далеко вперёд по пути модернизации.

Получивший престол во время Крымской войны Александр II, конечно, понимал необходимость реформ, насущную необходимость модернизации. Однако главной целью этих реформ он видел возрождение военной мощи Российской империи. До того не обнаруживший расхождения взглядов со своим отцом, Александр II также видел в модернизации не цель, а средство возвращения Российской империи в число великих держав. Именно поэтому крестьянская реформа была проведена так, что государство поставило палки в колеса будущему развитию страны, но зато меньше всего от реформы проиграло именно государство как хозяйствующий субъект. Потому главной реформой, которая проводилась наиболее тщательно, единственной проведенной в несколько этапов, была реформа именно военная. Причём всё это было вполне в рамках общеевропейских тенденций. После поражения Весны народов маятник качнулся вправо, в большинстве стран у власти были консервативные режимы. Но теперь консерваторы уже понимали важность модернизации, причём именно для увеличения военной мощи страны. Потому что именно эти консервативные правительства пятидесятых и шестидесятых годов проводили догоняющую модернизацию, модернизацию сверху, прежде всего, развивая тяжелую промышленность, которая изготовляла, кроме прочего, и оружие. Как мы видим, Российская империя вполне следовала этому рецепту.

Александр III пришел к власти после убийства собственного отца террористами. Это могло бы сделать его консерватором даже без предшествующей к этому склонности, а ведь такая склонность была. Однако реформы он проводил, только в своем понимании. Он не вернул страну к состоянию времён Николая I, он не отменил реформы своего отца. Наоборот, он их дополнил, как бы продолжил, просто исправил на основе нужного курса. Но этот курс был крайне консервативен, так что в истории эти изменения и получили название контрреформ. Однако это всё ещё были изменения, стремление приспособиться под текущую ситуацию. Другое дело, что консервативные монархии, фактически, неограниченные (так называемые дуалистические монархии) до Первой мировой войны считались вполне успешными. Потому Российская империя следовала распространённой в Европе модели государственного устройства, только не ограничивала власть монарха даже формально, но между только фактически неограниченной и неограниченной как фактически, так и формально монархической властью разница действительно была не столь уж существенной. Александр III держал руку на пульсе ситуации. В частности, в экономике своим министрам он давал свободу действий и одобрял даже вполне либеральные реформы. Возможно, он бы провёл политические реформы, если бы прожил подольше. Некоторые ему, некоторые одному из его приближенных приписывают характерное описание империи: “страна как котел, внутри которого пар под высоким давлением, иногда прорывается наружу через бреши, но вокруг ходят люди с большими молотками и сразу заклёпывают такие бреши, но когда-нибудь появится такая огромная прореха, что её не закроешь”. Здесь мы видим понимание сути проблемы. Чтобы котёл не взорвался, по идее, нужно уменьшить давление, в эпоху паровых двигателей этот намёк был более чем прозрачным. Поэтому, возможно, Александр III собирался выпустить пар. Конечно, он сделал бы это консервативными методами, но все же эти меры он бы, скорее всего, принял, если бы ему хватило времени

В конце XIX века, когда метафора про котел была актуальна как никогда. закончилась череда императоров, которые, будучи консерваторами, понимали необходимость реформ, которые отвечали бы требованиям времени, пусть каждый из них и понимал это по-своему. Именно в такой момент к власти в России пришел правитель, который считал реформы вредными априори, который был консерватором принципиальным – Николай II. Его предшественники, особенно его отец, принимали решения, которые считали наилучшими и чаще всего эти решения оказывались консервативными, Николай II при принятии решения смотрел, какое будет самым консервативным и считал его наилучшим. В начале его правления была замечательная возможность сделать Россию дуалистической монархией, дать видимость свобод: в 1894 году даже в Японии была конституция, которая, в общем, не ограничивала власть императора, но она была, а в Российской империи не было. К примеру, манифест 17 октября, дарованный не 1905, а 1895 годом, был бы воспринят не как уступка, но как милость монарха. Как и в 1905 году, в 1895 он бы существенно не ограничивал власть монарха, для этого там был целый ряд механизмов, но он бы позволил обществу выпустить пар, мог бы предотвратить подъем революционного движения, возможно даже предотвратить бы в реальности вскоре произошедшее возрождение нелегальных политических партий, прежде всего эсеров и РСДРП. Но Николай II не рассматривал даже такого варианта, в полном соответствии с советами своей жены, которые скорее всего совпадали с собственными убеждениями. Он хотел быть Петром Великим, Иваном Грозным, то есть фактически деспотом.

Революция 1905-1907 годов вынудила Николая II пойти на уступки. Правительство возглавил такой талантливый человек как Столыпин, который делом доказал свою эффективность. Николаю II можно было вообще ничего не делать, просто наблюдать за событиями. Не факт, что это спасло бы его империю: времени до Первой мировой осталось слишком мало, существенно меньше, чем два десятка лет спокойного развития, которые просил Столыпин. Но шанс это давало. Однако, Николай II снова стал предпринимать максимально консервативные шаги. Причастность двора к убийству Столыпина – недоказанная конспирологические теории. Но фактическое сворачивание реформы Столыпина после его смерти – никакие не домыслы, а целенаправленный политический курс. Продолжил такой крайний консерватизм император до конца, уже во время войны, не идя ни на какие уступки прогрессистскому блоку.

Таким образом, мы видим, что в XIX веке Российской империей правили в основном консерваторы, в большей или меньшей степени, но в целом, консерваторы. Однако они сами соотносили свои действия с текущим моментом, а их консерватизм не означал полного отрицания любых изменений. Но в ключевой момент начала XX века в власти оказался убеждённый консерватор, который не принимал новшеств, как кажется, из самого духа консерватизма. И даже, вынужденно проведя реформы, он сделал всё, чтобы повернуть их вспять, формально не отменяя Государственной думы, фактически вернувся к положению до революции. Результат закономерен.

7. Напишите эссе на одну из представленных тем: «История ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков»; «Объективная история: миф или реальность»; «Vae Victis»; «Последние российские императоры: реформаторы и контрреформаторы»; «Европейский колониализм XIX в.».